В продолжение разговора

Пробужденный один среди детей, которые не хотят ничего реального. Сам же он — подлинный пришелец и абсолютный изгой — единственный реальный человек, которого никто никогда не пожелает услышать.

И таким образом начинается обман и игра, он должен хотя бы попытаться дать окружающим представление об открывшейся ему реальности. Он быстро учится использовать бессознательность спящих и создает ловушку, поскольку спящие хотят видеть лучшие сны, а он может творить более гармоничную реальность. Но эта ловушка становится ловушкой и для него самого, если он действительно хотел когда либо передать какую-то истину. Сон окружающих людей тормозит любые усилия пробужденного, он практически не способен вывести спящего за предел культивируемого им же самим эгрегора.

Эгрегор строится из бессознательности, а любое сообщество людей является эгрегором, поэтому мастер не может функционировать внутри никакой структуры. Он должен быть независим и невесом. Таким образом легче встретить мастера в компании, занимающейся какой-нибудь угрюмой физической работой, или в компании мошенников и преступников, чем в духовных группах. Такой человек — это крыса в обществе спящих, узкий специалист в профессии, которая не имеет никакой ценности, поскольку связана с само-разрушением, тотальной деструктивностью.

В отличие от преступников, мошенников и прочих — его деструктивность полностью осознанна и каждый деструктивный человек хранит в себе возможность осознанно использовать её.

Он должен сделать шаг. Один основной шаг отбрасывания контроля и самонадеянности. Это дает хотя бы фрагментарный но устойчивый прорыв в эго-структуре, который позволяет поглощать бессознательность и использовать её, как это делают маги и мистики — для управления сознанием окружающих и собственной реальностью.

Но этот шаг невероятно жесток по отношению ко всем основным звеньям, которые держат такого человека в иллюзии — его ЧУВСТВАМ. Мистик больше ничего не чувствует персонально по отношению ни к кому, либо его чувства искусственны, это просто маска. Такой человек более неспособен любить в обычном смысле, он лишь отражает психические структуры окружающих — во всех общепринятых смыслах он больше не человек вовсе. Он ходячий мертвец, чудовищная аборминация, пришелец.

Лишь единицы примут это и единицы из единиц осознанно начнут двигаться в такое сложное и рискованное предприятие как осознанная смерть при жизни.

Но поскольку в некоторый момент взрослость становится критической необходимостью и в человеке возникает борьба, кризис неотождествленности — возможна хотя бы попытка сделать этот единственный шаг.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *